February 18th, 2010

улыбаемсяимашем

клинч



Уже который день продолжается скандал по поводу высказывания в желтой прессе в адрес особенных детей. И выяснения, докапывания до сути: люди они или не люди? Имеют права людей или не имеют? А ведь, казалось бы, ежу понятно, что в желтой прессе хорошего не напишут :) Но нет, поди ж ты, оказывается, это вполне себе тема для обсуждения. То есть эта пресса популярна, читаема, и таки отражает точку зрения если не большинства народа, то достаточно многочисленной компании обывателей.
Наверное, точно также двести лет назад обсуждалось -- люди ли крепостные крестьяне? (Между прочим, те самые, чьи потомки сейчас читают эту желтую прессу и обсуждают -- равны ли им по правам больные дети или сильно ниже их?) И точно так же когда-то и где-то обсуждался вопрос об аборигенах с другим цветом кожи и недостаточно цивилизованных -- люди они или животные, которых можно есть (грубо говоря)?
Господи, неужели человечество всё ещё находится там? И ничему не научилось?

Что меня поразило в связи с этой конкретной передачей на "Эхе Москвы" -- две вещи:
1) итоги голосования на их сайте по этой передаче -- голоса делятся практически пополам, и это удивительно для меня, учитывая специфику аудитории.
2) реакция на эту передачу svetlana75 и её френдов вот здесь: ...Алексей Алексеевич вообще договорился... -- там на бедного Венедиктова сваливают оптом все грехи желтой прессы и обвиняют во всём на свете. За что? За то, что он против замалчивания проблемы и промышленного производства розовых очков, всего лишь...
Почему меня вдруг озаботила именно реакция этих конкретных людей? Потому что именно они больше, чем кто-либо другой, "в теме". Потому что именно этот журнал изнутри показывает проблему особенных детей. Потому что именно к этому журналу тянутся люди, столкнувшиеся с этой проблемой реально. И именно поэтому -- обидно, что сам этот журнал становится той же самой жёлтой прессой. И вместо решения реальных проблем начинает во всеуслышание поливать Венедиктова манером жёлтой прессы. Вместо того, чтобы открыть уши и послушать его, хотя бы.
Чудовищно.